Главная » Файлы » Выполненные работы » История [ Добавить материал ]

20 век – "Американский век"

Введение

ХХ столетие в сознании очень многих людей вошло в историю в качестве "Американского века". Но отношение к стране, давшей имя ХХ в., во всем мире неоднозначно, равно как противоречив и неоднозначен сам американский исторический опыт. Примером крайностей и противоречий является и восприятие США современным российским обществом. Впрочем, так было не всегда: еще 15 лет назад наше отношение к Америке было весьма гомогенным и остро критическим.

Уже в первой половине ХХ века можно увидеть массу подтверждений того самого "Американского века". К началу прошлого века в США бурными темпами развиваются экономика и новые технологии. Страна вступила в стадию "организованного капитализма". Ни в одной европейской стране монополии не были так могущественны, как в США. Проходит внушительная рационализация американского хозяйства. Развиваются новые способы управления, такие как фордизм. Возникает кризис 1929-1933 гг., который пошатнул не только национальную экономику США, но и экономики всего мира. И, наконец, "Новый курс" Ф. Рузвельта, который явился ключевым при вываде Соединенных Штатов из кризиса.

Именно эти пункты я и собираюсь подробнее рассмотреть в своем реферате - рационализация американского хозяйства, фордизм, кризис 1929-1933 гг., «новый курс» Ф. Рузвельта.

Рационализация американского хозяйства

В 1924 г. Соединенные Штаты Америки, как и другие страны капиталистического мира, вступили в период временной частичной стабилизации капитализма. Важнейшими признаками этого периода были экономический подъем, рост промышленного производства и торговли, техническое переоборудование предприятий, укрепление власти буржуазии, ослабление рабочего и демократического движения. В США все основные проявления частичной капиталистической стабилизации сказались с гораздо большей   силой и четкостью, чем в  странах Западной  Европы. Прежде всего Соединенным Штатам значительно быстрее удалось преодолеть экономические потрясения, вызванные последствиями первой мировой войны и кризисом 1920—1921 гг. Уже в конце 1922 г., достигнув предкризисного уровня промышленного производства, они вступили в полосу промышленного подъема, тогда как Англия, Франция и Германия добились относительной стабилизации экономики только в 1924 г.

Экономический подъем в США продолжался почти семь лет, до середины 1929 г., и был весьма значительным: общий объем промышленного производства в США в 1929 г. превысил уровень предкризисного 1920 г. на 32%. Правда, поступательное развитие американской экономики в период капиталистической стабилизации 20-х годов не носило постоянного характера. Дважды, в 1924 и в 1927 гг. оно прерывалось частичнымиспадами. Но обa они были кратковременными и сравнительно неглубокими, и каждый раз экономический подъем в США возобновлялся с новой силой.

Интенсивный промышленный подъем в США в 20-е годы объяснялся громадным усилением американского империализма в период мировой войны, выдвижением этой страны в число сильнейших капиталистических держав. Превращение США в центр финансовой эксплуатации мира позволило монополистической буржуазии извлекать гигантские прибыли. С 1923 по 1929 г. включительно чистые прибыли американских монополий составили в общей сложности 50,4 млрд. долл., т. е. в 1,5 разабольше, чем в годы первой мировой войны.

Располагая огромными средствами, американские монополии проводили массовое обновление основного капитала, оснащали предприятия новейшей техникой, строили новые заводы и фабрики. На этой основе был сделан крупный шаг в развитии важнейших отраслей тяжелой промышленности. За 1923—1929 гг. выплавка стали в США возросла с 49 млн. до 61,7 млн. т, добыча нефти — с 732 млн. до 1007 млн. баррелей, а производство электроэнергии — с 71,4 млрд. до 116,7 млрд. кВт-ч. В целом же по сравнению с довоенным уровнем промышленное производство США увеличилось к концу 20-х годов на 72%.Быстрые темпы экономического развития страны в годы относительной капиталистической стабилизации дали монополистической буржуазии США огромные преимущества перед буржуазией других стран. Известно, что экономика Великобритании переживала в 20-е годы явный застой, Франция по темпам экономического роста значительно отставала от Соединенных Штатов, а Германия только еще вступала на путь ускоренного восстановления своего экономического потенциала, резко ослабленного ее поражением в первой мировой войне. Особо благоприятное положение, создавшееся тогда для США, привело к резкому увеличению их удельного веса в мировой экономике. К концу 20-х годов Соединенные Штаты давали 48% промышленного производства капиталистического мира. Они производили промышленной продукции на 10% больше, чем Великобритания, Франция, Германия, Италия и Япония, вместе взятые.

Особенно быстро развивались новые отрасли промышленности, которые оборудовались по последнему слову науки и техники. Наиболее ярким примером явился бурный рост автомобильной промышленности. Крупные автомобильные заводы были построены в США еще в начале XX в. Но лишь в 20-е годы американская автомобильная промышленность по-настоящему стала на рельсы массового производства. В 1929 г. производство автомобилей в стране увеличилось до 5337 тыс., что примерно в 11 раз превысило довоенный уровень. Производственные мощности автомобильной промышленности в конце 20-х годов давали возможность еще большего увеличения выпуска продукции: весной 1929 г. в отдельные дни с конвейеров американских автомобильных заводов сходило до 25 тыс. машин.

Результатом таких необычайно высоких темпов развития автомобильной промышленности было быстрое проникновение автомобиля в жизнь Америки. К концу 20-х годов в Соединенных Штатах эксплуатировалось в общей сложности 26,7 млн. автомашин, в том числе 23,1 млн. легковых. Это было намного больше, чем во всех остальных странах мира. Массовое производство и постепенное удешевление автомобиля способствовали его распространению среди довольно широких слоев населения: в 1929 г. на тысячу жителей США приходилось 189 легковых автомашин. Автомобиль стал в 20-е годы поистине символом американского «процветания».

Развитие автомобильной промышленности в США было связано в первую очередь с именем Генри Форда, крупного конструктора и организатора, ставшего в XX в. владельцем одной из гигантских автомобильных «империй». В 1908 г. на фордовских заводах началось изготовление знаменитой «модели Т», получившей затем широкую известность во всем мире под названием «форд». За 20 лет, с 1908 по 1927 г., было выпущено около 15 млн. автомашин этой марки, после чего фордовские заводы были переведены на производство другой, более комфортабельной модели. В 20-е годы массовый выпуск автомобилей, кроме компании Форда, начали   еще   две   крупные   фирмы — «Дженерал моторз» и «Крайслер».

В 1929 г. на долю этой «большой тройки» приходилось 83%  всего производства автомобилей в Соединенных Штатах. Стремительное увеличение выпуска продукции на заводах Форда, а затем и других фирм было достигнуто за счет усиленной рационализации производства. Она включала, с одной стороны, техническое переоборудование предприятий, увеличение их энерговооруженности, широкую механизацию производственных процессов, а с другой — внедрение стандартизации, массовое изготовление типовых деталей и последующую их скоростную сборку на конвейерных линиях. Повышение производительности, а еще более интенсивности труда обеспечивало значительное увеличение выработки на каждого рабочего. В 1923—1929 гг. она выросла в среднем на 43%. Это позволяло капиталистам уменьшать число рабочих, оставлять на конвейерных линиях только самых сильных и выносливых, платить им за более производительную и, главное, гораздо более интенсивную работу несколько повышенную заработную плату и все равно иметь экономию за счет резкого сокращения общего числа занятых. Таким образом, капиталистическая рационализация производства усиливала эксплуатацию одних рабочих и выбрасывала на улицу других. И в том и в другом случае она так или иначе оборачивалась против пролетариата.

Столь же быстро развивались и другие новые отрасли американской промышленности: электротехническая, химическая, производство синтетических материалов, радиопромышленность. Рост энерговооруженности и внедрение новой техники создавали основу для значительного увеличения производства и в некоторых других отраслях экономики. В конце 20-х годов в США было электрифицировано около 70% фабричных станков. Как и в автомобилестроении, высокие темпы роста производства в ряде отраслей тяжелой промышленности в годы капиталистической стабилизации в немалой степени обеспечивались усиленной интенсификацией труда рабочих.

В годы частичной капиталистической стабилизации еще более ускорился процесс урбанизации и индустриализации США. Общая численность населения страны за 1920—1930 гг., по официальным данным 14-го и 15-го цензов, возросла с 105,7 млн. до 122,8 млн., т. е. на 16%. При этом городское население увеличилось за 10 лет с 54,2 млн. до 69 млн. (на 27%), тогда как прирост сельского населения шел неизмеримо медленнее: число сельских жителей увеличилось с 51,5 млн. до 53,8 млн., т. е. всего лишь на 4,5%. В результате такого резкого несоответствия в темпах прироста удельный вес городского населения за 1920—1930 гг. повысился с 51,3 до 56,2%, в то время как доля сельского населения снизилась с 48,7 до 43,8 %.

С особой быстротой росло население важнейших индустриальных районов. С каждым годом увеличивалось количество крупных городских агломераций, включавших большие города, окружавшие их пригороды и практически сливавшиеся с ними города-сателлиты. Уже в 1920 г. в Соединенных Штатах было 58 таких обширных урбанизированных районов, в которых жило около 36 млн. человек, т. е. треть населения страаы. К 1930 г. число этих крупных городских агломераций достигло 97, а их суммарное население увеличилось до 55 млн., составив уже около 45% населения США.

Все более растущий уровень урбанизации и индустриализации Соединенных Штатов на протяжении 20-х годов нашел отражение и в изменении структуры самодеятельного населения страны. Общая его численность увеличилась за 1920—1930 гг. с 42,2 млн. до 48,7 млн. человек. Этот рост шел прежде всего за счет быстрого увеличения числа рабочих, занятых в промышленности, строительстве и на транспорте (с 17 млн. до 19,3 млн.), а также числа лиц, занятых в торговле, финансовых учреждениях и сфере обслуживания (с 8,8 млн. до 14 млн.), в то время как численность самодеятельного сельскохозяйственного населения сократилась (с 11,1 млн. до 10,5 млн.).

Манипулируя данными об экономическом подъеме в США, буржуазная пропаганда, вдохновляемая официальным Вашингтоном, усиленно распространяла тезис о прочности и незыблемости стабилизации. В ежегодном послании президента Кулиджа конгрессу о положении страны в декабре 1925 г. провозглашалось, что Америка вступила «в эру длительного всеобщего процветания». Славословия в честь «просперити» достигли апогея в конце 20-х годов. Виднейшие деятели обеих партий, особенно лидеры правящей республиканской партии, на все лады твердили о наступлении «вечного процветания», о «ликвидации кризисов», об успехах в деле «искоренения бедности». В августе 1928 г. в одной из предвыборных речей Г. Гувер торжественно возвестил: «Америка сейчас ближе к полной победе над бедностью, чем когда-либо в истории любой страны мира... Мы еще не достигли этой цели, но если у нас будет возможность и дальше продолжать ту же политику, которая проводилась в течение последних восьми лет, мы с божьей помощью скоро приблизим тот день, когда бедность навсегда будет изгнана из нашей страны» .

На взгляд поверхностного наблюдателя картина экономической ситуации в США к концу 20-х годов была очень оптимистичной. Результатом промышленного подъема было новое увеличение национального дохода США. За 1923—1929 гг. он возрос с 74,3 млрд. до 86,8 млрд. долл., т. е. на 17%. Но его распределение было чрезвычайно неравномерным. Львиная его доля присваивалась небольшой горсткой монополистов. В 1929 г. на долю крупной буржуазии, составлявшей всего лишь около 1%) самодеятельного населения США, приходилось 14,5%) национального дохода страны. 513 миллионеров получали доход, равный суммарной годовой заработной плате 1 млн. рабочих. Но все же кое-что перепадало и на долю мелкой буржуазии и верхушечных слоев рабочего класса. Увеличение доходов и широкое распространение системы продажи в рассрочку создавали для этих групп населения довольно  значительные возможности для приобретения иногда за наличный расчет, а чаще в кредит автомобилей, радиоприемников, холодильников, пылесосов, стиральных машин и другой бытовой техники.

Двадцатые годы были отмечены также колоссальным ростом стоимости акций. За пять лет, с декабря 1924 г. по октябрь 1929 г., акции, котировавшиеся на нью-йоркской бирже, увеличились в цене с 27 млрд. до 87 млрд. долл., т. е. более чем втрое. Неудивительно, что к концу 20-х годов в стране началась настоящая биржевая вакханалия. В нее были втянуты миллионы американцев, которые обращали свои сбережения на покупку ценных бумаг, надеясь, что безостановочный рост стоимости  акций  в  условиях   «вечного  процветания»   сделает  их  богачами.

Лидеры делового мира США своим авторитетом стремились подкрепить эти призрачные надежды. Так, председатель финансового комитета фирмы «Дженерал моторз» Дж. Рэскоб в 1929 г. вполне серьезно утверждал, что если каждый рабочий и служащий будет экономить по 15 долл. в неделю и регулярно приобретать на эти средства наиболее солидные акции, то через 20 лет он будет располагать капиталом в 80 тыс. долл. «По моему убеждению,— заключал Дж. Рэскоб,— у нас в стране каждый не только может, но и обязан стать богатым». Многие рядовые американцы, загипнотизированные подобной перспективой легкого обогащения, склонны были верить всему, что говорилось в эти годы о «блестящем будущем» американского капитализма. Но обстановка в стране отнюдь не подтверждала эти оптимистические прогнозы. Стабилизация капитализма в США, так же как и в других капиталистических странах, проходила в условиях общего кризиса капитализма и поэтому была временной, частичной и непрочной. Об этом свидетельствовала прежде всего чрезвычайная неравномерность развития различных отраслей промышленности. При быстром росте ряда новых отраслей тяжелой индустрии наблюдался застой, а иногда даже и падение производства в таких традиционных сферах экономики, как добычаугля, судостроение и большинство отраслей легкой промышленности.

Прирост промышленного производства в отраслях, изготовлявших предметы первой необходимости (текстильная, обувная, пищевая и т. д.), даже в самые лучшие годы «просперити» был лишь чуть выше прироста населения. Во второй половине 20-х годов обозначилось значительное сокращение жилищного строительства. Еще более неблагоприятным было положение в угледобывающей промышленности. В 1923-1929 гг. добыча угля в США сократилась с 658 млн. до 609 млн. т, т. е. на 8%, а число рабочих, занятых в угольных шахтах, упало с 864 тыс. до 654 тыс., или на 23 %. Но наиболее тревожным симптомом, обнаружившимся к концу 20-х годов, было сокращение масштабов обновления основного капитала. Если в 1924 г. расходы на новое капитальное строительство составляли 76% всех частных капиталовложений, то к 1929 г. их доля сократилась до 35%. Все это означало, что во многих традиционных отраслях промышленности США, особенно в тех, которые непосредственно были связаны с потребительским спросом, признаки перепроизводства сказались значительно раньше и интенсивнее, чем в быстро прогрессирующих новых сферах экономики.

Важными показателями непрочности капиталистической стабилизации 20-х годов были также постоянная недогрузка производственного аппарата и хроническая массовая безработица. Даже в конце 20-х годов, в наиболее благоприятный период «просперити», производственные мощности промышленности были загружены в целом примерно на 80%, а в ряде отраслей недогрузка производственного аппарата достигала 25—30%. Число безработных в США, по самым скромным оценкам, колебалось на протяжении 1924—1929 гг. от 1,5 до 2 млн.

Наконец, признаком непрочности капиталистической стабилизации в Соединенных Штатах было неблагоприятное положение сельского хозяйства. После первой мировой войны оно вступило в новый этап своей капиталистической эволюции, подготовленный быстрым ростом сельскохозяйственного производства в конце XIX — начале XX в. в результате победы фермерского пути развития капитализма в сельском хозяйстве США. Окончательное завершение длительного периода раздачи гомстедов за счет земель государственного фонда, полное истощение ресурсов «свободных» земель Запада, пригодных для заселения и обработки — все это способствовало тому, что от экстенсивных форм капиталистического земледелия американское фермерство стало переходить к интенсивным методам ведения хозяйства, к применению машин, искусственных удобрений, новейших агротехнических приемов. Уже в 1920 г. в сельском хозяйстве США использовалось 246 тыс. тракторов и 4 тыс. комбайнов. Развитие капитализма вширь, долгое время бывшее характерной особенностью эволюции американского сельского хозяйства, сменилось развитием капитализма вглубь.

Однако аграрный кризис, начавшийся в 1920 г. и не преодоленный в течение всего периода 20-х годов, надолго нарушил нормальные условия воспроизводства в сельском хозяйстве. Правда, наиболее острая фаза аграрного кризиса, характерная для 1920—1923 гг., сменилась в 1924—1928 гг. его несколько смягченной фазой. Но и тогда ни сельскохозяйственные цены, ни фермерские доходы так и не достигли докризисного уровня. На протяжении второй половины 20-х годов валовой доход американского фермерства держался на уровне 13—14 млрд. долл., тогда как в 1919 г., до начала длительного аграрного кризиса, он составлял 17,9 млрд. долл.

Падение цен тяжелее всего отразилось на положении мелких и средних фермеров, хозяйство которых стало хронически убыточным. Поэтому разорение и вытеснение мелкого производства в земледелии шли в период частичной капиталистической стабилизации с невиданной ранее быстротой. Только за 1925—1929 гг. было принудительно продано с молотка за неуплату долгов и налогов 547 тыс. ферм (8,7% общего числа). Огромные размеры приобрело в 20-х годах бегство фермеров в города. Поскольку американская промышленность переживала в то время значительный подъем, части переселенцев удалось получить работу. Однако большинство их так и не смогли найти себе занятия. Поэтому многие, истощив свои скудные средства, вынуждены были возвратиться обратно.Тем не менее бегство фермеров в города проходило более высокими темпами, чем их возвращение в сельские районы, в результате чего чистая убыль фермерского населения США составила за 1920—1930 гг. 6,3 млн. человек. Разорение мелкого и среднего фермерства шло тогда настолько быстро, что к концу 20-х годов очередная перепись впервые в истории США зафиксировала абсолютное сокращение общей численности фермерского населения (с 32 млн. в 1920 г. до 30,5 млн. в 1930 г.) и числа фермерских хозяйств в стране (соответственно с 6448 тыс. до 6289 тыс.).

Аграрный кризис значительно ухудшил и положение капиталистических слоев фермерства. Сильное падение цен уменьшило прибыльность их хозяйства. Необходимость приспособления к неблагоприятным условиям сельскохозяйственного рынка требовала резкого снижения себестоимости производства путем коренного технического переоборудования сельского хозяйства. Но это было доступно только сравнительно немногочисленным группам фермерской буржуазии. К концу 20-х годов в сельском хозяйстве США применялось уже 920 тыс. тракторов и 61 тыс. комбайнов, что свидетельствовало о значительном росте его технической вооруженности, однако, по данным сельскохозяйственной статистики, только 13,5% фермерских хозяйств были оснащены в то время тракторами и всего лишь около 1 % — комбайнами.

Начавшийся в 20-е годы процесс индустриализации сельского хозяйства США, его перехода из мануфактурной стадии в стадию машинного производства происходил в гораздо менее благоприятных условиях, нежели в промышленности. Общая историческая отсталость сельского хозяйства, которая еще более обострилась с вступлением страны в эпоху империализма, новое усиление эксплуатации фермерства монополиями — все это обусловило необычайно глубокий и затяжной характер кризиса перепроизводства в сельском хозяйстве. Гнет финансового капитала в условиях аграрного кризиса особенно тяжелым бременем лег на плечи мелких и средних фермеров. Но господство монополий ощутимо сказывалось и на положении сельскохозяйственной буржуазии. Громадная дань, взимаемая ими со всего фермерства, в том числе и с его капиталистической верхушки, ограничивала возможности капиталистического накопления, отвлекала от производительного использования крупные финансовые средства и на долгие годы затянула процесс преодоления аграрного кризиса.

Таким образом, в ряде важных отраслей американской экономики во второй половине 20-х годов все более отчетливо сказывались явления перепроизводства. Это постепенно расшатывало устои американского «процветания». По сравнению со странами Западной Европы признаки непрочности стабилизации капитализма в США были выражены значительно слабее. Но все же и для этой крупнейшей и наиболее богатой капиталистической страны было характерно вопиющее противоречие между растущими производственными возможностями экономики и относителыю низкой покупательной способностью широких масс населения.

В годы частичной капиталистической стабилизации в США произошло некоторое повышение заработной платы рабочих, но оно было сравнительно небольшим. По данным правительственной статистики, среднегодовая номинальная заработная плата рабочих, занятых в обрабатывающей промышленности, строительстве и на транспорте, увеличилась за 1924—1929 гг. с 1519 до 1620 долл., т. е. всего на 6,5%, а заработная плата рабочих горнодобывающей промышленности даже сократилась (с 1703 до 1526 долл.). Между тем, по исчислениям американских экономистов, для удовлетворения лишь основных потребностей семьи из четырех человек при тогдашнем уровне цен необходимо было располагать доходом не менее 2 тыс. долл. в год. Недаром президент Кулидж в одном из своих посланий конгрессу в 1926 г. вынужден был признать, что «большинство рабочих не разделяют плодов просперити». Но их не разделяли и многие другие группы трудящегося населения городов и ферм. По весьма умеренным оценкам, даже в 1929 г., в самый разгар «процветания», доходы 60% американских семей были ниже прожиточного минимума. Это убедительно свидетельствует о непрочности капиталистической стабилизации 20-х годов.

Фордизм

Фордизм — одно из социально-экономических направлений. Название происходит от имени Генри Форда и связано с его деятельностью.

В основе фордизма лежит точка зрения, согласно которой общественное благосостояние и высокие корпоративные прибыли могут быть достигнуты за счёт высоких зарплат рабочих, что позволит последним покупать продукцию, которую они производят. Слово «Фордизм» стало использоваться в начале XX-го века для описания практик применяемых на автомобильных заводах Генри Форда. Неотъемлемую часть этой системы составляет конвейер.

Фордистская система производства имеет 4 отличительных ключевых элемента:

  • Разделение труда - процессы разбиты на небольшие операции, которые может выполнять низкоквалифицированный персонал. Высококвалифицированные кадры заняты управлением, разработками и совершенствованием процесса.
  • Высокая стандартизация узлов, агрегатов и запчастей.
  • Организация не вокруг станков с определёнными свойствами, а станки размещены в необходимом для производства порядке.
  • Лента конвейера связывает различные стадии процесса.

Вся система нацелена на удешевление производимого продукта (автомобиля).

Кризис 1929-1933 гг

Полномасштабная рецессия в США началась в августе 1929 года, за два месяца до биржевого краха (объём строительства начал сокращаться ещё в 1926 году). В феврале 1930 года на начало кризиса отреагировала ФРС, снизив ставку прайм рейт с 6 до 4 %. Кроме того, был осуществлён выкуп государственных облигаций с рынка для поддержания ликвидности. В следующие два года ФРС не делала почти ничего. Секретарь казначейства Эндрю Меллон считал, что необходимо дать возможность рынку самостоятельно произвести необходимые корректировки пропорций и цен.

В июне 1930 года в США был принят так называемый тариф Смута-Хоули, вводящий 40−процентную пошлину на импорт в целях защиты внутреннего рынка. Эта мера стала одним из основных каналов передачи кризиса в Европу, так как сбыт продукции европейских производителей в США был затруднён.

В конце 1930 года вкладчики банков начали массовое изъятие вкладов, что привело к волне банкротств банков. В результате началось абсолютное сжатие денежной массы. Вторая банковская паника происходит весной 1931 года. Все эти месяцы власти никак не реагируют на набирающее обороты экономическое цунами. ВВП в 1930—1931 годы падает соответственно на 9,4 и 8,5 %, а уровень безработицы поднимается с 3,2 % на начало 1930−го до 15,9 % к концу 1931 года.

В 1932 году ВВП сократился на 13,4 %, а всего с 1929 года — на 31 %. Уровень безработицы в 1932 г. увеличился до 23,6 %. За три с небольшим года с начала кризиса лишились работы более 13 млн американцев. Промышленные запасы потеряли 80 % их стоимости с 1930 года, а сельскохозяйственные цены упали на 53 % с 1929 года. За три года обанкротились два из каждых пяти банков, их вкладчики потеряли 2 млрд долларов депозитов. Денежная масса с 1929 года сократилась по номиналу на 31 %.

Марш безработных Торонто, Канада

На фоне небольшого расширения денежной базы (с 6,05 млрд долларов в 1929 году до 7,02 млрд в 1933−м) денежная масса резко упала — с 26,6 млрд до 19,9 млрд долларов. Волны банковских банкротств подорвали доверие людей к финансовым институтам, сбережения лихорадочно изымались с депозитов и переводились в наличную форму. Выжившие банки, в свою очередь, избегали выдачи новых кредитов, предпочитая хранить деньги в максимально ликвидной форме. Таким образом, банковский мультипликатор резко снизился и кредитно-депозитная эмиссия банков была фактически парализована. Желание и банков, и населения держать деньги в наличном виде, несомненно, резко усилило рецессию.

Естественный прирост населения в США в период Великой депрессии резко снизился.

В 1932 году в Детройте полиция и частная охранная служба Генри Форда расстреляла шествие голодающих рабочих, которые проводили голодный марш. Было убито пять человек, десятки ранены, неугодные были подвергнуты репрессиям.

«Новый курс» Ф. Рузвельта

"Новый курс" – название экономической политики, проводимой администрацией президента США Франклина Делано Рузвельта с 1933 года с целью выхода из масштабного экономического кризиса (Великая депрессия), охватившего США в 1929‑1933 годы.

Вступая в должность 4 марта 1933 года, Франклин Рузвельт в своей речи обещал применить самые энергичные меры по борьбе с кризисом. Правительство Рузвельта сразу приняло неординарные меры - 9 марта начала работу специальная сессия конгресса, длившаяся более 3 месяцев и принявшая ряд важнейших законов, серьезно повлиявших на экономику США и заложивших основу "Нового курса". Этот период получил название "первые 100 дней". Важнейшей задачей было спасение и стабилизация финансовой системы США. В основу политики нового курса легли меры по усилению государственного регулирования экономики, дефицитного финансирования бюджета, важнейшие институциональные преобразования.

Банковская сфера

Одним из первых шагов Рузвельта было объявление 6 марта "банковских каникул" на неделю, во время которой были закрыты все банки США. Далее с целью "очистки" банковской системы была проведена тотальная ревизия всех банков. Разорившиеся банки попали под управление государственной Реконструктивной финансовой корпорации (РФК). Устойчивые банки получили право на дальнейшую работу. В результате произошло укрупнение банковской системы – большинство банков, признанных "здоровыми", были крупными.

С целью оздоровления ситуации был принят ряд важных законов. Одним из важнейших стал закон Гласса‑Стигалла ‑ Закон о создании Федеральной корпорации по страхованию депозитов (Federal Deposit Insurance Corporation) от 16 июня 1933 года. Коммерческим банкам запрещалось работать с ценными бумагами, это право получали специализированные финансовые организации ‑ тем самым были снижены риски, которым подвергались средства вкладчиков банка. С целью пресечения привлечения средств по повышенным ставкам, характерных для проведения высокорискованных операций, был введен запрет на выплату процентов по текущим счетам, проценты по депозитным счетам подвергались регулированию Федеральной резервной системы (ФРС). Был регламентирован биржевой кредит.

Была создана Федеральная корпорация страхования депозитов (ФКСД) – банки отчисляли взносы в страховой фонд, в случае банкротства ФСКД санировала банк и выплачивала вклады в пределах установленного законом лимита на вклад в одном банке.

Промышленность

Меры, направленные на нормализацию производства нашли свое отражение в Национальном законе о восстановлении промышленности (НИРА), принятом 16 июня 1933 года. В основу этого закона был взят план, предложенный в 1931 году президентом компании фирмы "General Electric" Джерардом Своупом, одобренный Торговой палатой США. Закон предписывал всем ассоциациям предпринимателей вырабатывать кодексы "честной конкуренции", определявшие условия, объем производства, минимальный уровень цен. При этом с предприятий, принявших такие кодексы снимались антитрестовские меры воздействия. Такой расклад был выгоден крупным монополиям, которые фактически определяли условия производства и сбыта по своим отраслям. Было составлено около 557 основных и 189 дополнительных кодексов, охвативших более 95 % рабочих . Принятие кодексов способствовало принудительному картелированию промышленности.

Статья 7 НИРА содержала меры социального характера ‑ она вводила ограничения на продолжительность рабочей недели и предписывала обязательный минимум оплаты труда. В ней также признавалось право организации профсоюзов и заключение коллективных договоров.

Контроль за реализацией программы НИРА возлагался на созданную президентом Национальную администрацию восстановления.

Социальная сфера

Для борьбы с безработицей, а также с целью улучшения материального положения населения были предприняты следующие меры: прямая помощь безработным, введение системы страхования по безработице и организация общественных работ.

Так, 12 мая 1933 года на оказание помощи безработным было выделено около 0,5 млрд долларов, всего было израсходовано свыше 4 млрд долларов. Большинство безработных получению пособий предпочитало общественные работы. На основании рекомендаций НИРА была создана Администрация общественных работ (PWA), занимавшаяся в основном крупными строительными проектами, доказывая тем самым, что "деньги не шли на ветер". Общий объем работ, выполненных по ее проектам составил около 3,3 млрд. долл.

Для безработной молодежи весной 1933 года правительство организовало лагеря, в которых молодые люди работали и жили в течение шести месяцев, имея полное обеспечение. Заработная плата составляла около 30 долларов, из них 25 долларов направлялись семье работающего.

В 1935 году был принят закон, предусматривавший страхование по старости и безработице. Несмотря на низкий уровень выплат и нераспространение закона на значительные слои работающих (сельское хозяйство, государственные служащие и т.д.) закон имел революционное значение. Значительным шагом второго этапа реформ стало принятие 5 июля 1935 года Национального акта о трудовых отношениях, так называемого закона Вагнера. Закон гарантировал права трудящихся на организацию, заключение коллективного договора, организацию стачек. Следующим этапом развития социальных прав было принятие в июне 1938 года закона о справедливых условиях труда (ФСЛА), предусматривавшего обязательный минимум оплаты труда 25 центов в час, введение полуторного тарифа при превышении продолжительности рабочей недели (44 часа, с 1940 года – 40 часов), ограничивался детский труд.

Жилищное строительство

В годы Великой депрессии правительство уделяло значительное внимание развитию жилищного строительства, в частности ипотечного кредитования. Так в 1933 году была создана первая компания, выпустившая облигации для финансирования ипотеки – Ссудная корпорация владельцев жилья. В 1938 году создана Федеральная национальная ипотечная ассоциация (FNMA), находящаяся под контролем государства. Начальный капитал компании был сформирован за счет средств бюджета.

Сельское хозяйство

В мае 1933 года Рузвельт подписал билль о помощи фермерам, который предлагал меры по борьбе с кризисом в сельском хозяйстве, связанным с падением цен на продукцию и массовым разорением фермеров. Основная его часть представляла закон о регулировании сельского хозяйства, известный как закон ААА (the Agricultural Adjustment Act).

Главная его идея – ликвидировать "ножницы" между ценой, затрачиваемой фермером на производство продукции, и той, которую он получал при ее реализации. Чтобы сбалансировать спрос и предложение и поднять цену сельхозпродуктов, часть земли изымалась из сельскохозяйственного оборота, за что фермерам выплачивались субсидии. В первую очередь эта мера повысила конкурентоспособность крупных фермерских хозяйств, получивших основную массу премий за сокращение посевного фонда.

В дальнейшем был предпринят ряд мер, направленный на помощь более мелким фермерам. В 1935 году была создана Администрации по переселению, преобразованная в начале 1937 году в Администрацию по охране фермерских хозяйств. Эти учреждения осуществляли финансовую помощь мелким фермерам для покупки ферм и их переселения на более качественные земли, стимулировало развитие кооперативов для сбыта продукции, приобретения оборудования.

В 1936 году был принят закон о сохранении плодородия почв и о квотах для внутреннего рынка. Согласно его положениям, премии выплачивались тем хозяйствам, которые сокращали площади под культурами, истощающими почвы, а также за меры по улучшению почв. Необходимость этих мер была вызвана сильной засухой 1934 года, сопровождавшейся пыльными бурями.

Принятый в 1938 году закон о регулировании сельского хозяйства вводил концепцию "всегда нормальной житницы". Цель новых начинаний была прежняя – восстановление паритета цен, однако методы достижения были уже другими – продукция не уничтожалась, а сохранялась, выплаты производились в счет еще не проданной продукции.

В мае 1935 года правительство создало Администрацию по сельской электрификации (REA), организовавшую работы по электрификации сельской местности.

Заключение

Рассмотрев следующие пункты: рационализация американского хозяйства, фордизм, кризис 1929-1933 гг., «новый курс» Ф. Рузвельта, можно смело сказать, что да, ХХ век действительно вошел в историю в качестве "Американского века". Видя какой рывок сделало американское общество хотя бы за несколько десятков лет, становится очевидной неоспоримость вышеуказанного факта. Даже не смотря на провалы в виде глубокого экономического кризиса, нашим соседям с американского континента удалось преодолеть эту разруху в достаточно короткий срок. Анализ событий тех лет показывает, что крайнюю решимость народа США быть первой деражвой в мире во всем и всегда.

Похожие материалы:

Добавил: mauzer (15.04.2013) | Категория: История
Просмотров: 5180 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |
Теги: кризис 1929, Америка, история, Рузвельт, марш безработных, реферат, Фордизм, 20 век
Комментарии (0)

Имя *:
Email *:
Код *: